— Мам, на день рождения Лёши не приходи. Там будут только свои, — сказал Илья.
Нина Аркадьевна не сразу поняла, что именно её задело сильнее: просьба не приходить или это самое «только свои».
Они стояли у детского сада. В тот день Лёшу должна была забирать Нина Аркадьевна, а Илья специально подъехал пораньше — хотел поговорить до того, как выйдет сын. За стеклянной дверью Лёша возился с молнией на куртке и что-то оживлённо рассказывал воспитательнице.
— А я, значит, кто?
Илья поморщился.
— Мам, ну не надо вот этого.
— Какого?
— Там родители Кати, её сестра с мужем, наши друзья. Кафе маленькое, детей много.
— Понятно.
— Ты всё равно такие шумные места не любишь.
Вот это уже было почти смешно.
Нина Аркадьевна действительно не любила шумные места. Но четыре года почему-то спокойно переживала детские площадки, поликлиники, утренники, бассейн и вечера с конструктором по всему полу.
Три раза в неделю она забирала Лёшу из сада. Если он заболевал, Илья обычно звонил ещё до восьми утра:
— Мам, выручишь?
И она выручала.
Не потому, что была обязана. Просто это был её внук.
— Катя так решила?
— Мы вместе решили.
— Хорошо.
— Только не обижайся, ладно? Мы тебе торт потом завезём.
Нина Аркадьевна посмотрела на сына.
— Торт мне, значит, положен.
Он хотел что-то ответить, но дверь сада открылась.
— Ба!
Лёша выскочил первым и сразу повис у неё на руке.
— Ты помнишь, что у меня в субботу день рождения? Там будет рыцарь! И торт с драконом. Ты придёшь?
Нина Аркадьевна подняла глаза на Илью.
Он ответил быстрее:
— Бабушка в субботу занята.
— Не отвечай за меня.
Илья дёрнул плечом.
— Мам, ну зачем сейчас?
Она присела перед Лёшей.
— Я не занята. Просто папа с мамой решили праздновать без меня.
Лёша нахмурился.
— А почему?
— Не знаю. Спроси у них.
— Вот зачем ребёнка в это втягивать? — тихо, но зло сказал Илья.
— А зачем ему врать?
Лёша посмотрел на отца.
— А баба Света будет?
Илья не ответил сразу.
Этого было достаточно.
Баба Света будет. И дед Володя. И Катина сестра. И друзья.
Лёша прижался к бабушке.
— Я тебе тогда большой кусок оставлю.
— Договорились.
Когда они ушли, Нина Аркадьевна ещё немного постояла у ворот.
Ей было обидно не из-за кафе. И даже не из-за торта.
Просто вдруг очень ясно стало: когда нужно забрать ребёнка, посидеть с ним или сорваться среди недели — она своя. А когда праздник — места не нашлось.
В субботу подарок Лёше так и стоял у неё на кухне — большая коробка с космической станцией, купленная ещё месяц назад.
В десять позвонил Илья.
— Мам, я сейчас заеду за подарком.
— Не надо.
— Почему?
— Я сама ему отдам.
— Мам, ну что ты начинаешь?
— Ничего. Просто подарок от меня. Я и подарю.
Он помолчал.
— Ты всё-таки обиделась.
— Конечно.
— Я же объяснил про кафе.
— Илья, не надо второй раз.
Он замолчал.
Около двух с телефона Кати пришла фотография Лёши возле огромного торта. За его спиной улыбались Катя, её родители, сестра и ещё несколько взрослых.
Следом пришло голосовое — уже от Лёши:
— Ба, тут дракон настоящий! Ну почти. Я тебе потом покажу!
Нина Аркадьевна отправила сердечко.
На следующий день Илья привёз Лёшу сам.
— Ба! У меня рыцарь был! И он меня в команду взял!
Нина Аркадьевна рассмеялась, обняла его и вынесла подарок.
Лёша сел прямо на пол в прихожей и начал рвать упаковку.
Илья стоял рядом с пакетом.
— Мы торт привезли.
— Спасибо.
Чай они пили уже без Лёши — тот ушёл собирать станцию в комнате.
Илья покрутил чашку в руках.
— Катя говорит, что ты специально всё испортила.
Нина Аркадьевна даже удивилась.
— Я туда не пришла. Что именно я испортила?
— Лёша весь вечер спрашивал, почему тебя нет.
— И что вы ему сказали?
— Что так получилось.
— Удобная фраза.
Илья помолчал.
— Мам, мы же не хотели показать, что ты нам не нужна.
— Да я как раз знаю, что нужна.
Он поднял глаза.
— В каком смысле?
— В самом обычном. В понедельник забрать Лёшу. В среду отвезти в бассейн. В пятницу посидеть до вашего возвращения.
— Ты теперь всё к этому сводишь?
— Нет. Просто я раньше не замечала, насколько это у вас стало автоматическим.
Илья нахмурился.
— То есть ты больше не будешь его забирать?
Нина Аркадьевна усмехнулась.
— Вот. Мы пять минут говорим про день рождения, а ты уже про среду.
Он замолчал.
— В понедельник заберу, как обещала. А дальше спрашивайте заранее. Не ставьте перед фактом.
— Мам, у нас работа.
— Знаю.
— Ты же всё равно на пенсии.
Нина Аркадьевна поставила чашку.
— Илья.
Он сразу отвёл взгляд.
— Ладно. Неудачно сказал.
Из комнаты донеслось:
— Ба! Тут люк открывается!
— Иду!
Она встала, и разговор закончился сам собой.
В понедельник Нина Аркадьевна забрала Лёшу, как обещала.
Во вторник вечером Илья написал:
«Мам, завтра после сада бассейн. Заберёшь Лёшу и отвезёшь?»
Нина Аркадьевна посмотрела на сообщение. Неделю назад эта среда даже не обсуждалась — просто считалось, что она свободна.
Она уже договорилась с соседкой сходить в кино.
«Нет, завтра не смогу».
Через минуту Илья написал:
«А что у тебя?»
Нина Аркадьевна прочитала и убрала телефон в сумку.
В четверг позвонила Катя.
— Нина Аркадьевна, я хотела поговорить.
— Слушаю.
— Мне кажется, с днём рождения всё как-то некрасиво вышло.
Это было первое, что прозвучало не как оправдание.
— Вышло, — согласилась Нина Аркадьевна.
Катя вздохнула.
— Я правда думала, что вам там будет тяжело. Шум, дети… И мои родители Лёшу редко видят.
— Катя, можно было просто спросить меня.
— Да.
На несколько секунд обе замолчали.
— Илья сказал, вы теперь не сможете помогать как раньше.
— Не «не смогу». Просто давайте без расписания, которое за меня уже составили.
— Хорошо.
Это «хорошо» Нине Аркадьевне понравилось больше длинных объяснений.
Через месяц у Лёши был утренник.
За несколько дней Илья написал:
«Мам, в пятницу в пять у Лёши выступление. Он хочет, чтобы ты пришла. Сможешь?»
Нина Аркадьевна прочитала сообщение два раза.
Не «ты же придёшь».
Не «заберёшь потом».
Просто «сможешь?».
Она ответила:
«Смогу».
После утренника Лёша вылетел из зала с бумажной медалью на шее.
— Ба, ты слышала, как я громко говорил?
— Думаю, тебя слышали даже на улице.
Он засмеялся и потянул её к родителям.
Илья кивнул:
— Спасибо, что пришла.
Нина Аркадьевна посмотрела на него.
— Вот так гораздо лучше.
— Я понял.
Катя протянула ей стаканчик кофе.
— Вам без сахара?
— Да, спасибо.
Никакого большого семейного примирения не случилось. Нина Аркадьевна по-прежнему помогала с Лёшей, потому что хотела его видеть. Илья иногда по привычке писал в последний момент. Катя иногда обижалась, если Нина отказывала.
Просто теперь слово «нет» перестало означать семейную катастрофу.
А вы бы продолжили регулярно помогать детям с внуком после того, как вас не позвали на его день рождения со словами «там будут только свои»?