Коробка с новой курткой стояла на кухонном столе, а под ней лежало заявление, в котором Антон аккуратно вывел чужую для своего свидетельства о рождении фамилию.

Кухня в Подольске дождливым октябрьским вечером; Антон за столом, коробка с чёрной курткой и заявление без читаемого текста, Елена смотрит на бумагу, Сергей в дверях с ящиком инструментов; фотореализм, без надписей.

Елена сначала увидела куртку — чёрную, дорогую, с биркой. Потом фамилию.

— «Савельев»? Антон, это что?

— Моя фамилия. Если вы согласитесь.

Сергей вошёл с балкона с ящиком инструментов и остановился. Савельевым был он.

— Чья куртка?

— Олег оставил у консьержки, — ответила Елена. — Вспомнил, что сыну скоро четырнадцать.

Антон поднял глаза.

— Я сказал ему про заявление. Он придёт в ЗАГС и ничего не подпишет.

Последние восемь месяцев родной отец почти не появлялся: пропустил день рождения, не приехал после перелома запястья, дважды отменил встречу из-за объекта. Зато куртка стоила больше трёх обычных переводов.

— Ты уже узнавал порядок? — спросил Сергей.

— После школы. Сначала перемена фамилии, потом паспорт. Нужно согласие обоих родителей.

— Почему Савельев?

— Потому что ты Савельев, мама и Соня — Савельевы. В школе я Крылов, в поликлинике Крылов. Я устал врать, что мне всё равно.

В графе «причина» Антон написал: «Хочу носить общую фамилию с семьёй, в которой живу». Без списка пропущенных суббот.

Сергей вернул лист.

— Я не против. Но ты не должен брать мою фамилию как плату за врача, уроки и дачу.

— Я не плачу.

— Тогда скажи это Олегу сам. Я отвезу и буду рядом.

Антон примерил куртку. Она была широка в плечах и коротка в рукавах.

— Он даже размер не знает.

— Верни, — сказала мать.

— Нужна. Только другая.

В субботу Сергей привёз Антона к торговому центру в Подольске и остался в машине.

— Позвонишь — зайду. Но говорить вместо тебя не буду.

Олег уже сидел у окна. Он похудел, отпустил бороду и каждые полминуты проверял телефон. Увидев коробку, сразу нахмурился.

Кофейня у торгового центра; Антон в тёмно-синей куртке напротив Олега, между ними коробка и сложенный лист без читаемого текста; за мокрым окном Сергей у машины; фотореализм, без надписей.

— Не понравилась?

— Размер не мой.

— Мать могла написать.

— Ты мог спросить меня.

Олег отодвинул чашку.

— Обменяем. А потом прекратите спектакль с фамилией.

— Это не мама придумала. Сергей вообще настоял, чтобы я поговорил с тобой.

Антон вынул сложенный лист. На нём были восемь дат: турнир, травмпункт, выступление Сони, дачная крыша после урагана. Рядом — имя того, кто пришёл.

— Ты сказал, что Крылов — фамилия моего отца. Я записал дни, когда отец был нужен.

— Выставил счёт?

— Если бы счёт, там были бы деньги.

На двух строках стояло имя Олега, на шести — Сергея.

— Алименты не считаются?

— Считаются. Поэтому я не прошу тебя исчезнуть. Я прошу согласие.

Олег сложил лист слишком ровно.

— Эту фамилию носили мой отец и дед. Ты последний мужчина в ветке.

— Я не ветка.

За соседним столом женщина подняла глаза.

— Когда вы ушли, мне оставили воскресенья и платежи, — сказал Олег. — Потом появился Савельев, который всё умеет. Звонить становилось труднее.

— А не звонить легче?

— Сначала нет. Потом да.

Впервые Антон услышал не «работу» и «дорогу», а неприятную правду: отец просто привык отступать туда, где его не сравнивали.

— Если подпишу, что мне останется?

— Я. Если тебе нужен я, а не надпись.

Олег посмотрел на Сергея за мокрым окном.

— Сегодня не подпишу. Мне надо подумать.

— Тогда обменяем куртку. Чек у тебя?

Нужного размера в чёрном не оказалось. Антон надел тёмно-синюю и вытянул руки. Манжеты легли как надо.

— Эту, — сказал Олег продавцу. Потом спросил: — Эту?

— Эту.

Это был первый вопрос за день, в котором отец дождался ответа.

Десять дней Олег молчал. Елена собиралась к юристу, Сергей просил не делать паузу семейной войной. Антон впервые сердился на отчима за спокойствие.

На одиннадцатый день Олег позвонил.

— В четверг буду у ЗАГСа. Подпишу. Только две субботы в месяц ты со мной.

— Нельзя купить согласие моими субботами.

Олег помолчал.

— Правильно. Тогда это просьба.

— Одна суббота. Три месяца. Потом решим.

— Договорились.

В четверг дождь сменился мокрым снегом. Олег ждал у входа за двадцать минут, без подарков — только с папкой документов и ручкой.

В коридоре он перечитал заявление.

— Отчество оставляешь?

— Конечно. Я Антонович не потому, что ты вовремя приезжал. Это часть меня.

Олег подписал согласие. Елена расписалась следом. Сотрудница предупредила: регистрация перемены имени займёт время, паспорт оформляется отдельно.

На улице Олег раскрыл зонт.

— Что выбираешь в субботу?

— Помочь Соне собрать стеллаж. У Сергея смена.

— Я думал, кино.

— Ты просил субботу со мной. У меня стеллаж.

— Какой?

— Инструкция на польском и кривая полка.

— Значит, начнём с полки.

Через пять недель Антон получил свидетельство о перемене имени, затем подал документы на первый паспорт. В декабре у МФЦ его ждали Сергей и Соня с пакетом пирожков.

Антон раскрыл паспорт и медленно проверил имя, дату рождения, место рождения. На строке с фамилией задержался дольше всего.

Ступени МФЦ в Подмосковье, декабрьский снег; Антон держит закрытый паспорт без видимых данных, рядом Сергей и Соня с бумажным пакетом; спокойная радость, фотореализм, без текста.

— Без ошибки? — спросил Сергей.

— Без.

Сергей не сказал «теперь ты наш». Просто сверил буквы и вернул документ.

Телефон завибрировал. Олег прислал снимок собранного стеллажа: «Полку заменили. В субботу в десять. Не перепутаю».

За три месяца он один раз отменил встречу, но предупредил накануне и приехал в воскресенье. Этого было мало, чтобы забыть годы, и достаточно, чтобы не считать новые обещания пустыми заранее.

Антон убрал паспорт во внутренний карман тёмно-синей куртки и взял Соню за руку: на ступенях было скользко.

— Савельев Антон Олегович, — торжественно произнесла сестра.

— Не кричи, — сказал он, но улыбнулся.

Сергей придержал дверь. Три одинаковые фамилии больше не требовали объяснений. Четвёртая не исчезла — осталась в отчестве, в субботних сообщениях и в мужчине, который наконец начал приходить без коробки с подарком.