— Бабушка, только папе пока не звони.
Артём снял мокрую куртку и поставил рюкзак возле батареи. Вера Павловна заметила торчащую из него футболку.
— Ты с ночёвкой?
— Если можно.
— С родителями поругался?
Он помолчал, потом достал из рюкзака прозрачную папку.
— Я заявление об отчислении подал. Из института.
Вера Павловна выключила конфорку под супом. За окном моросил октябрьский дождь. На кухне пахло укропом, в прихожей капало с внуковой куртки.
— На втором курсе?
— Да.
— На бюджетном месте?
— Ба, я знаю, где учился.
— А я пока не понимаю, что ты сделал.
Ему было двадцать. Высокий, худой, с красными от холода ушами. Ещё недавно она проверяла, положил ли он сменку в школьный портфель. Теперь внук стоял перед ней с папкой и ждал, что она разрешит остаться.
— Домой сообщили, где ты?
— Нет.
— Тогда сначала напиши, что у меня. Они будут волноваться.
Артём достал телефон.
— Только про институт я сам скажу.
— Сам. Но не через месяц.
Он сел и набрал сообщение.
Вера Павловна достала вторую тарелку. Ей очень хотелось тут же позвонить сыну. Денис, конечно, вспылит. Зато будет понятно, что делать: идти в институт, выяснять, можно ли остановить всё это.
— Есть будешь?
— Буду.
Пока он ел, она раскладывала хлеб и считала про себя. Первый курс закончил. Летом был у них на даче, помогал красить забор, ничего не говорил. В сентябре купил какие-то дорогие чертёжные принадлежности. Она сама дала денег.
— А что дальше? — спросила она.
— Работа. В пекарне возле станции.
— Продавцом?
— Помощником пекаря. Я там с апреля подрабатываю.
Вера Павловна села.
— Полгода?
— Вечера, выходные. Летом смен побольше брал.
— Ты бросил институт, чтобы булочки печь?
Артём положил ложку.
— Вот я и знал, что так скажешь.
— А как мне сказать?
— Обыкновенно. Без этого голоса.
Она хотела спросить, что не так с её голосом. Но вспомнила, как сама когда-то сказала Денису: «Художник — это не профессия». Почти с той же интонацией.
— Ладно, — произнесла она. — Рассказывай.
Он рассказывал сбивчиво. Про мастера Игоря, который первый месяц не подпускал его к тесту. Про противни, которые нужно отмыть до конца смены. Про то, как летом в цехе жарко и как однажды пришлось переделывать целую партию.
Ничего особенно заманчивого Вера Павловна не услышала.
— И тебе нравится?
— Нравится. Не всё. Но я хочу научиться.
— А в институте что?
— Я сессию закрыл. Долгов нет. Только я не хочу потом этим заниматься.
— А раньше не понимал?
Он потёр лицо ладонями.
— Понимал, что не нравится. Думал, привыкну. Все же говорят: сначала трудно.
Вера Павловна убрала тарелки. Внук встал, взял губку и стал мыть за собой.
— Папа знает про пекарню?
— Знает. Думает, я подрабатываю до нормальной работы.
— Ты с ним говорил, что хочешь уйти?
— Летом начал. Он сказал: сначала диплом получи, потом хоть на голове стой.
— А ты?
— А я больше не начинал.
Вечером позвонил Денис.
Вера Павловна посмотрела на внука. Он уже переоделся в сухую футболку и сидел на диване с телефоном.
— Поговоришь?
Артём протянул руку.
— Привет, пап. Да, у бабушки. Нет, ничего не случилось.
Вера Павловна ушла на кухню. За тонкой стеной было слышно почти всё.
— Я заявление подал… Нет, не выгнали… Я сам.
Потом внук надолго замолчал.
— Я понимаю, что ты злишься. Давай в субботу поговорим. Я завтра работаю.
Когда он вернул телефон, Вера Павловна спросила только:
— Мама знает?
— Папа сейчас ей скажет. Я потом тоже позвоню.
— Позвони сегодня.
Артём кивнул.
Ночью она плохо спала. Несколько раз просыпалась и прислушивалась: внук ворочался за стеной. Утром, ещё до рассвета, скрипнула дверь.
Он стоял в прихожей, натягивал ботинки.
— Ты куда в такую рань?
— На смену. Я теперь полный день выхожу.
— Поешь сначала.
— Бутерброд сделал. Не вставай.
Вера Павловна всё равно поднялась. Нашла небольшой термос, налила чай. Он взял его обеими руками.
— Спасибо, ба.
— Вечером поговорим. Я ещё не сказала, что всё это одобряю.
— Я понял.
Вернулся он после четырёх. Сел на табуретку и несколько секунд просто смотрел перед собой.
— Устал?
— Очень.
— Это тебе не за партой сидеть.
Слова выскочили прежде, чем она успела подумать. Артём поднял голову.
— Я и там уставал.
Вера Павловна кивнула.
— Разогревай суп. Я хлеб нарежу.
Он принёс из пекарни коробочку с двумя небольшими яблочными тартами.
— Сам?
— Начинку делал. Основу Игорь помог.
Один край был темнее другого. Вера Павловна отрезала кусочек, попробовала.
— Яблоки кисленькие. Хорошо.
Внук улыбнулся, но она не стала делать вид, будто вкусный пирог решает вопрос с институтом.
— Сколько тебе платить будут?
Он назвал сумму, рассказал про график. Потом открыл в телефоне расчёты: дорога, еда, сколько сможет откладывать на обучение.
— Жить собираешься у родителей?
— Пока да. Если разрешат. На отдельную квартиру сразу не хватит.
— А на продукты домой давать?
Артём посмотрел в экран.
— Этого не посчитал.
— Посчитай.
Он не обиделся. Вписал новую строчку.
К разговору в субботу Вера Павловна приготовилась хуже, чем внук. С утра переставляла чашки, дважды проверяла чайник. Денис приехал к одиннадцати.
— Юля почему не с тобой? — спросила она.
— На работе. Вечером дома поговорят.
Сын снял куртку, прошёл на кухню. Артём встал, потом снова сел.
— Ну, показывай, ради чего всё бросил, — сказал Денис.
Внук открыл рот, но отец продолжил:
— Место бюджетное получил. Год проучился. Мы тебе помогали. Ты хоть понимаешь, почему я злюсь?
— Понимаю. Надо было раньше сказать.
— Надо было раньше думать.
— Я думал.
— И надумал мешки с мукой таскать?
Вера Павловна поставила чайник на подставку.
— Денис, я вчера почти то же самое сказала. Про булочки.
— И правильно.
— А потом он рассказал, как работает. Ты послушай сначала.
Сын повернулся к ней.
— Ты теперь за него?
— Я хочу услышать, что вы оба говорите. Пока слышу только тебя.
Денис откинулся на спинку стула. Артём придвинул телефон.
— Тут расчёты. И варианты, где дальше учиться. Я ещё не выбрал.
Отец взял телефон, пролистал.
— Ты уверен, что через год тебе и это не надоест?
— Нет.
— Вот спасибо.
— А как я могу быть уверен?
Вера Павловна увидела, как у сына напряглась челюсть. Точно так же он сидел когда-то перед ней с рисунками и буклетом художественного факультета.
Она тогда всё объяснила быстро. Инженер — надёжно. Рисовать можно вечером. Зарабатывать на жизнь надо настоящим делом.
Денис поступил в политехнический. Работал по специальности, хорошо зарабатывал. Она много лет считала, что всё получилось правильно.
— Денис, я ведь с тобой так же разговаривала.
Он поднял глаза.
— Только давай без этого.
— Без чего?
— Сейчас расскажешь, как загубила во мне художника. Не надо. Я свою работу люблю.
Вера Павловна замолчала. Она уже приготовилась к совсем другому ответу.
— И хорошо, — сказала наконец. — Я рада. Только тогда я у тебя почти ничего не спросила. Решила, что лучше знаю.
Денис положил телефон на стол.
— Мам, я боюсь, что он останется ни с чем.
— Я тоже.
Артём посмотрел на них обоих.
— Я не прошу меня всю жизнь содержать.
— А сейчас кто содержит? — спросил отец.
Внук опустил глаза в свои записи.
— Сейчас вы. Я посчитал, сколько смогу давать домой. И на обучение буду откладывать.
После этого разговор стал скучнее. Они обсуждали деньги, дорогу, смены. Денис спрашивал, что будет, если сократят часы. Артём не на всё мог ответить.
Вера Павловна несколько раз порывалась вмешаться, но останавливала себя. В конце концов ушла в комнату поливать цветы.
Через полчаса сын позвал:
— Мам, у тебя ручка есть?
Она принесла две.
Никто в тот день не признал чужую полную правоту. Денис по-прежнему считал, что из института уходить не следовало. Артём не собирался менять решение. Но домой они уехали вместе.
Вечером внук прислал: «Доехали. Всё нормально».
Вера Павловна ответила: «Термос у меня не забудь забрать».
Через три недели она зашла в пекарню. Выбрала время после обеда, когда покупателей было немного.
За прилавком стояла девушка. Артёма видно не было.
— Мне вот этот яблочный. И кофе.
— Здесь будете?
— Здесь.
Она села у окна. С улицы зашёл мужчина с мокрым зонтом, долго выбирал хлеб. Вера Павловна уже допивала кофе, когда из служебной двери вышел внук в рабочей одежде.
— Ба? Ты почему не сказала, что придёшь?
— Ты на работе. Я покупатель.
Он засмеялся.
— Как тебе?
— Вкусно. Край в этот раз не подгорел.
— Игорь теперь таймер заставляет ставить.
Они поговорили минут пять. Артёма позвали, и он сразу вернулся в цех.
Вера Павловна купила ещё один тарт, попросила упаковать с собой. Вечером собиралась к Денису — сын обещал посмотреть её старый ноутбук.
Он открыл коробку.
— От Артёма?
— Купила у них. Попробуй.
— Этот хороший. С корицей.
Вера Павловна посмотрела на сына.
— Ты откуда знаешь?
— Заходил в среду.
— К нему?
— За хлебом, мам.
Она промолчала.
Денис достал тарелку, отрезал кусочек. Потом ещё один.
— Он говорит, у них перед праздниками заказов много будет.
— Наверное.
— Я ему сказал, если поздно закончит, пусть звонит. От станции вечером плохо ходит автобус.
У Веры Павловны потеплело в груди. Она потянулась за телефоном, но сын сразу заметил.
— Только не надо ему писать, что папа всё понял.
— Я и не собиралась.
— Собиралась.
Она убрала телефон.
Денис закрыл коробку, оставив половину.
— Юле оставлю. Она яблочные любит.
Вера Павловна надела очки и открыла ноутбук. Сын сел рядом.
— Ну, показывай, что у тебя опять не работает.
Из прихожей донёсся звонок его телефона. На экране высветилось имя Артёма.
— Да, сын, — ответил Денис. — Закончил? Подожди меня внутри. Сейчас приеду.
